Лис Улисс и свирель времени [= Лис Улисс и свирель времени ] - Фред Адра

Тогда все сходится! И, хотя с мотивами Карла и Магды понятно не все, Улисс знает, кто они и, главное, откуда.

Вернувшиеся Марио и Евгений, тяжело переживающий случившееся на телестудии, обнаружили шефа хитро и довольно улыбающимся.

– Неужели есть повод для радости? – удивился пингвин, будучи абсолютно уверенным, что такого повода теперь в природе не существует по определению.

На диване сквозь сон что-то промурлыкал Константин, а Улисс ответил:

– Может быть. Не исключено, что загадка Карла и Магды уже менее загадка, чем раньше.

– Ты знаешь, кто они? – оживился коала.

– Возможно… – уклончиво ответил Улисс. – Мне нужно удостовериться. А для этого я хочу лично встретиться с Карлом. Евгений, устроишь?

– Я? – испугался пингвин.

– А кто же еще? – хихикнул Марио. – Из нас всех лишь ты один водишь дружбу с врагом.

– Ничего я не вожу!

– Евгений, успокойся, – попросил Улисс. – Все к лучшему. Ведь только ты можешь устроить мне встречу с Карлом. Кроме исчезнувшего дома на Ненастной улице, он оставил тебе какой-нибудь канал связи с ним?

– Да. Я могу оставить ему записку в «Кабане и якоре».

– Чудесно! Напиши ему, что мы нашли сбежавшую Веронику, и пообещай подробности при личной встрече. Назначь ее… да там же, в «Кабане и якоре», и как можно скорее. Марио, отвезешь Евгения в кабак?

– Не вопрос, – ответил шпион. – А ты не хочешь объяснить, в чем дело?

– Обязательно объясню, но не сейчас, а после разговора с Карлом, когда, надеюсь, буду знать намного больше, – заверил Улисс.

– А я знаю, кто такие Карл и Магда, – внезапно заявил Константин, который, оказывается, не спал с того самого момента, как вернулись Евгений и Марио, но не подавал вида и внимательно прислушивался к разговору. Кот поднялся с дивана. – Мне приснился ответ. Знаете, у гениев так бывает, им снятся ответы на вопросы. Так вот, Карл и Магда это археологи из общества тайных археологов, подельники Бенджамина Крота из общества тайных Бенджаминов Кротов, которые вместе с ним раскапывали Клыкополис и взяли себе псевдонимы в честь найденного там кинжала. А на самом деле их зовут Анри и Валентина.

– Почему Анри и Валентина? – опешил Евгений.

– Не знаю, мне так приснилось. Улисс, ну что, я угадал?

– Нет, – ответил лис.

– Ну вот, так всегда, – надулся Константин. – Как твои сны – так пророчества, а как мои пророчества – так просто сны. Неужели даже про кинжал не угадал?

– Про кинжал – не знаю. Но если Клыкополисский кинжал как-то и связан с Карлом и Магдой, то не тем, что они назвались в честь его.

– А чем же тогда?

Улисс загадочно улыбнулся.

– Тогда… скорее наоборот. Это кинжал назван в их честь.

Все озадаченно уставились на лиса. «Немая сцена», – подумал Евгений…

Заполучив «Справочную бога», брат Нимрод еле дождался того момента, когда вернулся в замок графа Бабуина и остался один в своем кабинете. Он велел охранникам его не беспокоить, запер дверь и, дрожа от волнения, раскрыл «Справочную»…

Задавать вопросы – лучший путь к познанию истины.

«Ага, – подумал барс, – вопросы. Сейчас».

Он захлопнул книгу и снова раскрыл.

– Где находится Вероника?

Вопрос приоритета – один из наиважнейших при познании истины.

– Понял, – кивнул брат Нимрод. – Вероника сейчас не главное. А что важнее? Ммм… Справочная, что сделать, чтобы верониканство победило?

Конкуренты – помеха, которую можно устранить.

«Конкуренты – это сверхобезьянцы», – понял барс. Да, избавиться от них было бы нелишним, они, хоть и проигрывают верониканцам, все же тормозят распространение нового учения.

– И как же от них избавиться? Граф Бабуин не соглашается выгнать их из замка.

Всему свое время.

– С этим нельзя не согласиться. Но когда оно придет, это свое время?

Порой ждешь нужного момента и не замечаешь, что он уже наступил.

Брат Нимрод вскочил. Вот так книга, просто сокровище!

Барс помчался к графу Бабуину. На этот раз все прошло гладко. Впечатленный успехом верониканства среди населения Градбурга, граф Бабуин решил, что время держаться в стороне прошло, а время примкнуть к побеждающим, наоборот, настало. Поэтому на призыв брата Нимрода изгнать наконец проклятых еретиков граф ответил согласием.

В конфликте конфессий наступил переломный момент. Его Святейшество и те сверхобезьянцы, что по-прежнему хранили верность своему учению, покидали стены замка под насмешки и улюлюканье верониканцев. Глава ордена вышел последним. Он повернулся, простер лапы к замку и выкрикнул:

– Будьте вы прокляты, еретики! И ты, Бабуин, тоже! Предатель, гореть тебе в аду! И до ада гореть! И после! О, как вы все пожалеете! Мы изгнаны, но не побеждены!

Его Святейшество не кривил душой. Сверхобезьянцы действительно не считали себя побежденными, они собирались сражаться с узурпаторами не на жизнь, а на смерть.

Сектанты перебрались в город и начали готовиться к партизанской войне против верониканцев, рассчитывая на поддержку тех, кому не нравились новые порядки и кого следовало «обработать» в духе подлинного сверхобезьянства.

В это же время дон Кроликонне получил неприятное известие из Долины Сугробов. Посланная им к заваленной сокровищнице саблезубых тигров команда мафиози столкнулась с отрядом сверхобезьянцев, отправленным туда Его Святейшеством. Группы подрались, и драка закончилась вничью. Тогда противники пришли к соглашению, по которому сокровища предстояло поделить. Естественно, обе стороны намеревались обмануть друг друга. Но до этого не дошло. Когда бандиты и монахи отключили защитную систему с помощью кода, полученного от Улисса, и эскаваторами разгребли завал, то оказалось, что никаких сокровищ там нет. Выходило, что тайник уже кто-то обчистил. Кроликонне был вне себя от гнева.

Кроме того, Антонио и Джанкарло прознали, что это Кроликонне подсунул «Духовному очернителю» запись группы «Сыщики и воры» в расчете, что, после обвинения в безнравственности, никто не захочет иметь дело с опальным ансамблем, и это, в свою очередь, заставит волков распустить группу и больше не отвлекаться от бандитизма.

Антонио и Джанкарло очень обиделись и заявили, что раз так, то они уедут с Проспером и Антуанеттой в родной город сыщиков и будут пробовать счастья там, где никто не прослушивает записи наоборот, вдали от религиозной истерии Градбурга.

А истерия, между тем, достигла нешуточных масштабов. Количество членов «Духовного очернителя» неуклонно росло. В городе обнаружилось немало зверей, мечтающих объявить себя эталоном нравственности и навязать окружающим свою точку зрения на мораль. Верониканцы, в свою очередь, всячески их поддерживали и объявляли, что именно такова воля Вероники, от чего «очернители» считали себя не меньше, чем проводниками божьей воли. Правда, мнения самой Вероники никто не спрашивал. Тем более она так своевременно исчезла. На редкость удобная богиня.